Ads

Предложения

Titulo

Три Венеции Мартина Сэя


…Читатель, будь осторожен, отправляясь в это странствие по трем Венециям в три знаковых момента истории. Подобно карточному шулеру, уличному аферисту или охотнику за живым товаром, затаившемуся во тьме веков, Мартин Сэй постарается тебя одурачить, загнать в тупик, увлечь неведомо куда.
Захари Додсон

Дебютный роман американского писателя Мартина Сэя «Зеркальный вор» вышел на русском всего пару месяцев назад, но уже завоевал титул «лучший переводной роман зимы» и прочно вошел во всевозможные списки вроде «10 самых важных книг 2018 года».

Впрочем англоязычный читатель отреагировал еще восторженнее – в США и Великобритании роман стал бестселлером за считанные месяцы. Книжные обзоры ведущих изданий соревновались друг с другом в подборе эпитетов – «потрясающая вещь», «магически‑зеркальный роман», «самый неординарный и амбициозный роман года».

Такого успеха не ожидал ни автор, ни издатель – роман сложный, многожанровый. Действие происходит сразу в трех пространственно‑временных пластах и плотно набито аллюзиями, намеками и отсылками к историческим событиям последних пяти веков.

Читать «Зеркального вора», по выражению одного из американских критиков, «без справочника по географии и учебника по истории просто невозможно».

Журнал о путешествиях – современный справочник, так что мы вместе с вами пустимся по следам загадочного зеркального вора и побываем во всех трех Венециях, созданных гениальным фокусником Мартином Сэем.

Венеция — казино, ЛАС‑ВЕГАС, США

«Мужчина – его зовут Кёртис – входит в здание отеля под стрельчатыми арками галереи, минует ряды игровых автоматов и направляется к лифтам. Струя ароматизированного воздуха от кондиционера скользит по его потной шее и та покрывается гусиной кожей. Проходя мимо столов блэкджека, он вглядывается в каждого из игроков. Он взвинчен и напряжен; ему кажется, что он упускает из виду нечто существенное», — так выглядит вход на первый уровень романа.

Бывший военный полицейский Кёртис Стоун прилетает в Лас Вегас, чтобы по заданию своего старого друга Деймона Блэкбэрна – начальника службы безопасности крупного казино найти карточного счетчика (человек, играющий в блэкджек по определенной методике. Казино считают это мошенничеством– Ред.) Стенли Гласса. Незадолго до этого Стенли с друзьями сравнительно честно изъяли в казино Блэкберна весьма крупную сумму и теперь кто‑то должен за это ответить.

Поиски неуловимого афериста дают Сэю прекрасную возможность создать очень подробное, очень атмосферное описание «Иерусалима азартных игроков»: ветер, гоняющий по полуденному пустынному тротуару бумажные рекламки, толпы на тротуаре, жаждущие развлечений нон‑стоп, сонные бармены и крупье, бредущие на утреннюю смену с формой в спортивных сумках, неоновые блики рекламы, придающие истории еще большую фантасмагоричность. Центральным местом действия Сэй назначил великолепный казино‑отель The Venetian Resort.


Выбор автора вполне логичен: The Venetian – масштабное современное отражение древнего города торговцев и хитрецов, практически «город в городе», место, где напоенный азартом воздух наиболее плотно отражает иллюзию. И, конечно, этот мираж мог возникнуть только в американской пустыне. Граждане Соединенных Штатов, с тех пор как впервые добрались до своего континента, весьма неохотно его покидают, предпочитая внутренний туризм. The Venetian Resort – дань этой привычке нации. Посреди невадской пустыни, в самом центре Ла Вегаса, в 1996 году появилась самая настоящая Венеция, со всеми причитающимися атрибутами: каналами, певучими гондольерами, мостом Риальто, дворцом доджей и площадью Святого Марка.

Проект, стоивший корпорации Las Vegas Sands полтора миллиарда долларов, получился настолько роскошным, что сейчас в сети можно встретить множество замечаний о том, что копия понравилась больше оригинала – вода в каналах намного чище, искусственное небо, накрывающее комплекс, всегда ясное, а вместо запаха гниющих водорослей и затхлой воды посетителей окутывает фирменный аромат «бабушкиных духов».


Любителей азарта ждет второе по величине казино в мире – 11 тысяч кв. м пространства, на котором представлены все легальные виды игр, расписанный вручную итальянскими фресками потолок, мраморные полы, идеально вышколенный персонал.

Тех, кто все же сможет оторваться от игрального стола, манят бесчисленные галереи магазинов, в которых можно найти и вещи именитых брендов, и их китайские реплики. Кстати, по слухам, сувениры для настоящей Венеции и ее американского отражения изготавливают чуть ли не на одной азиатской фабрике, так что маска, привезенная из Невады, ни на одну блестку не отличается от купленной в Италии.

Венеция — пляж, КАЛИФОРНИЯ, США

Зимнее солнце, и длинные волны все агрессивнее набегают на пляж. Изредка солнце еще появляется в разрывах туч, окрашивая в розовый цвет колоннады и крылатых львов на фризе отеля «Сан‑Марко».

Вместо неуловимого карточного шулера в руки Кёртиса Стоуна попадает любимая книга Стенли – сборник стихов «Зеркальный вор» малоизвестного поэта Эдриана Уэллса, рассказывающий о похождениях средневекового шпиона и алхимика Гривано. Книга, как путеводная нить, переносит нас из Лас Вегаса 2000‑тысячных в Калифорнию образца 1959‑го года, к еще одному отражению Венеции – городскому району Venicе и пляжу Venice Beach.

Шестнадцатилетний беспризорник Стенли Гласс уверен, что «Зеркальный вор» — абсолютно магическая книга и если разыскать ее автора Уэллса и узнать тайну, зашифрованную в стихах, то власть над миром окажется в твоих руках. Дабы найти средства на поиски, Стенли промышляет кражами и жульничеством, скрываясь от недовольных граждан в самых неожиданных уголках Венеции. Надо сказать, что в 1959 году это место выглядело достаточно жалко.

Район Venice появился на юго‑западе Лос-Анджелеса в начале XX века благодаря девелоперу Эбботу Киннею. Бизнесмен придумал, как превратить глухие болота Санта‑Моники в жилой квартал – была прорыта целая система каналов, оформленная в стиле старой Европы.


Прелестные домики у воды привлекли покупателей, но тут вмешалась природа. Из‑за плохо просчитанной циркуляции вода застаивалась и зацветала, появились москиты. В 1925 году земля отошла в собственность города, и после долгих разбирательств большая часть системы была засыпана, а приличная публика предпочла переселиться в более дружелюбные к людям места. К моменту, описанному в романе, район облюбовали музыканты, поэты, гадалки, фокусники и прочая пестрая публика. Возрождение пришло в Venice в 1992 году, когда каналы были отреставрированы, и недвижимость на их берегах снова выросла в цене. Сегодня это интересный уголок города, бережно хранящий свой необычный облик.

Бесшабашное веселье, к счастью, не покинуло эти места, а всего лишь перебралось ближе к океану, на пляж Venice Beach. Это место и сегодня остается одним из символов шестидесятничества, насквозь пропитанным духом то ли свободы, то ли марихуаны.


Вдоль песчаной линии прибоя тянутся бесконечные бары, магазинчики хэнд‑мэйда соседствуют с дорогими бутиками, уличные художники выставляют свои работы рядом с общественными тренажерами, на которых совершенствуют фигуры будущие сталлоне и шварцнеггеры. Купаются и загорают на Venice Beach в основном туристы, а местные предпочитают фланировать по пешеходной дорожке вдоль линии прибоя и любоваться закатами. Шумно, ярко и слегка безумно – идеальное место для поиска ключа к тайне загадочных стихов.

Венеция — город, ИТАЛИЯ

«…урок, который ты должен усвоить, малыш: полных подобий всегда должно быть три. Всякий раз, как ты встретишь пару одинаковых вещей – не важно каких – сразу начинай искать третью. И вполне возможно, ты ее найдешь. Это великая тайна, и сейчас я доверяю ее тебе».

И снова книга увлекает нас в кроличью нору, к следующему, последнему, отражению – Венеции XVI века. Но позвольте, если казино и пляж – отражения, то город‑то настоящий? 

Увы, «истинная» Венеции такой же мираж, как и две другие. Когда зеркал становится больше, чем одно, изображение бесконечно дробится, и уже не понять, с чего все началось и где все кончится.

Алхимик Гривано прибывает в Венецию для того, чтобы выкрасть и доставить в Константинополь, ко двору султана, мастеров‑зеркальщиков с острова Мурано. Он достаточно ловок и умен, но ситуацией управляет, как в любом заговоре, некая тайная сила. А самого шпиона преследует таинственная фигура в маске чумного доктора с ясеневым хлыстом.


Во всей этой карнавально‑шпионской круговерти Венеция выступает полноправным игроком, а не просто красивой декорацией. Зеркальная гладь лагуны укрывает следы преступлений, улицы и площади то ловят чужака, посмевшего покуситься на главную тайну города, то запутывают в узких проулках его преследователей. Автор прекрасно ориентируется в средневековой Венеции, так что его описаниями можно пользоваться как полноценным путеводителем.

Стекольные мастерские на острове Мурано, на дым и свет от которых ориентируется Гривано во время своих ночных вылазок, работают и поныне. В некоторых из них (Barovier & Toso, Seguso) трудятся потомки тех самых зеркальщиков, за чьи умения так отчаянно сражались посланцы европейских дворов и турецкого султана.

В палаццо семейства Морозини, где когда‑то не утихали ученые споры и шумные пиры, сегодня можно снять комнату. Бывший дворец стал небольшим отелем семейного типа. Обратите внимание на то, что у знаменитого венецианского семейства было несколько домов. В романе фигурирует тот, что находится ближе всего к мосту Риальто, на Угольной набережной Гранд‑канала.


О палаццо Контарини (Scala Contarini del Bovolo) Гривано вспоминает как об убежище, где можно переждать погоню. В отличии от других дворцов, он спрятан в одном из переулков вблизи площади Сан‑Марко. С вершины его ажурной башни‑лестницы открывается прекрасный вид на крыши Венеции. Особую прелесть этому месту придает его непопулярность у туристов – найти нужную арку‑проход, а потом одолеть подъем на шестой этаж способен далеко не каждый.

Роман о средневековых алхимиках и магах, конечно же, не может обойтись без Ghetto di Venezia – первого еврейского гетто в Европе. Герои «Зеркального вора» общаются с жителями Нового и Старого Гетто, третье – Новейшее Гетто было построено позднее. Удивительно, но невзирая на прекрасную сохранность района, экскурсоводы редко предлагают этот маршрут.

Знаменитый Canal Grande, несмотря на то, что каналом на самом деле не является, исправно выполняет свою роль во всех реальностях, соединяя ткань повествования так же, как и части города. Прогулка по нему – самый легкий способ проникнуться духом романа: просто прищурьтесь, мысленно оденьте длинный плащ и лукавое венецианское стекло – то ли водная гладь, то ли зеркало, в солнечных бликах не разберешь, покажет очередной волшебный мираж.


Текст: Светлана Ризноокая

Комментариев нет

Технологии Blogger.